Uglification уже существует. Заменить или объединить?

13 апреля в пространстве MetaCulture открылась выставка современных художников из Украины и Франции “Uglification”. Ироничный проект кураторской группы socl:e посвящен эстетике не-красивого, странного и случайного.

Cлово uglification появляется у Льюиса Кэрролла в 9-й главе “Алисы в стране чудес” (1865), и его значение персонажи пытаются объяснить как процесс делания некрасивым. Сегодня бы это не сработало — однозначности красоты не существует, а резкие оценочные суждения становятся аномалией для современного общества. Эквивалентом уродливого и неприемлемого остается разве что скука и занудство. 

Кураторы Клара Мале и Соня Гаспар предлагают воспринимать слово uglification как неологизм и прославление того, что считается некрасивым (glorification of ugly).

Игра в отсутствие вкуса и ugly-эстетика во многом спровоцирована ускорением коммуникаций, когда нет времени заботится о качестве картинки, опечатках и фактчекинге. Бесконечный форвард, скриншот скриншота и конвертация из формата в формат, из мессенджера в мессенджер делает потерю качества неизбежной, но оставляет шанс быть замеченным.

Медиум наверное потому и не важен для большинства работ — на футболке или на личной странице они бы могли существовать и взаимодействовать с любым зрителем так же, как и в галерее. Отдельные страницы фотокниги Саши Курмаза “Oh Yeah, Yea, Yea, Yea!” развешены на стенах, а цифровые эксперименты MASSA наоборот распечатаны и сшиты в книги.

Активация диалогов между работами — сильная сторона выставки и заслуга кураторов оказалась в способности выявить связи и конфликты, которые возникли в этом пространстве. Интересны ли нам умышленные искажения и сложный технологичный процесс создания работы Apprendre a s`user — The more you know, the more you wear out (ADSL Honeymoon, Франция) или ценней реальный сбой системы, из-за которого 10-летний архив с работами фотографа Игоря Чекачкова превратился  в глитч? Сравнить можно сразу.

На драматургию выставки ушло несколько месяцев, хотя список  художников возник практически одновременно с идеей проекта:

“Во Франции много молодых художников работают с темами случайности, ироничности языка и многозначности изображений. Очень похожие настроения мы заметили и в Украине — использование эстетики первых компьютеров, визуальные коды уродливого, юмор случайного. Мы сразу подумали о работах  Саши Курмаза и Julie Poly, которые точно нужны были для проекта. Две работы (Марии Васильевой и Кароль Муссэ) попали в проект благодаря опен колу, а всех остальных художников мы приглашали лично.”

Интригу выставки рушит первая же работа Spoiler to spoil (Аурелия Деклерк, Франция). Дело тут не в том, что вместо черного — белое, а вместо обещанного спойлера — нечитабельный текст,  доступный разве что системе, которая распознала в нем ошибки и подчеркнула красным пунктиром. Такую легкую, незатейливую иронию и исследование форм коммуникации в цифровой среде можно найти во многих работах на выставке.

Заметить, разгадать и зафиксировать нагромождение современных визуальных символов — амбиция всей выставки  и одновременно работы “U: la possibilite du nihil / G: 2003 / L: extension of the domain of struggle / Y: Damien Hirst & Jeff Koons dividing up the art market” (Жанлис Флоке, Франция). Художница создала графическую серию в духе абсурдной панк эстетики специально для этого проекта и составила слово UGLY из персонажей поп-культуры и саркастических шуток об эпохе 90-х.

Похожий мотив у цифрового коллажа Webpunk (Юрий Болса, Украина), но вместо очертаний букв, хаос визуальных кодов поколения Денди удерживает зеркальная композиция — очевидный и безотказный прием. Желание сберечь и ухватить все знакомые образы, не дать им растворится в визуальном шуме одновременно естественное и неожиданное. Вдруг именно они станут символом? Времени чтобы оценить или приоритизировать нет.

Как может стареть диджитал, как он умирает? 3-х минутное видео Jugoceania (Украина) демонстрирует процесс полной деградации цифрового. Для этого модифицировали странные, никому уже ненужные шрифты из от открытых архивов, а финальный файл с работой пересохраняли с компрессией так, чтобы с каждым разом качество изображения ухудшилось. Черный экран без единого пикселя — итог этого эксперимента.

Увядание цифрового абстрактно и романтично, в отличие от собственной старости. Как отредактировать тело и сохранить его лучшую версию? Ни пластические операции ни фармацевтика не обеспечивают нам то, что могла бы криоконсервация. Работа Кароль Муссэ  (Франция) намекает, что мечта фантастов ХХ века выглядит привлекательно только на бумаге. Подвешенные на потолке вакуумные пакеты с нераспознаваемыми частями тел наверное единственное что может вызывать брезгливые чувства на выставке.

Если бы проект “Uglification” состоял из одной работы, то это был бы “Космолот”. Провокационная колода карт Julie Poly (Украина) переместилась в диджитал и поиграть в “Дурака” можно за старым компьютерным столом. Ирония, игра, сексуальность, 90-е, повседневность, цифровое и реальное — в рамках темы выставки добавить, наверное, нечего.

“Uglification” не провоцирует проверить наше восприятие “уродливого”, но фиксирует  то, что прочно вошло в эстетику, стало приемлемым и востребованным. Короткая цитата из Кэрролла тоже была в экспозиции, но если перечитать всю главу в разных переводах, то эквивалентом uglification почему-то окажется ужижение и причитание. Алиса не поняла значения этих слов и Грифон спросил знает ли она что такое утверджение и чтение. Ирония совсем не в красоте и ее противоположности.

Коментарі


спецтеми: